Воровство, грабёжи, пьяные дебоши: за что судили в Александрии в 1945 году
Дело №97: грабёж с поножовщиной
9 января 1945 года Александрийский суд под председательством Литвиненко вынес приговор троим подросткам 15-16 лет.
В материалах дела сказано, что 24 октября 1944 года в товарном поезде, следовавшем со станции Знаменка до Користовки Грицько Меньшиков, Иван Маркин и Грицько Хоренко устроили поножовщину и ограбили двух женщин. Подсудимые забрали чемоданы и мешок с вещами и продуктами, нанесли несчастным попутчицам ножевые раны и сбросили из поезда на ходу. Виновными себя признали только в избиении. Суд, несмотря на их доводы, пришёл к выводу, что они виновны, и потребовал наказания в виде изоляции от общества.
Все трое осуждены по ч. 2 ст. 174 УК УССР и приговорены к лишению свободы сроком на 5 лет «в общих местах без ограничения в правах».
Дело №184: воровали у сирот
Это дело, по всей вероятности, вызвало в городе резонанс. Группа взрослых людей, у которых наверняка были свои дети, обокрала детский дом №3. 8 марта 1945 года при обыске на квартире Анны Ковалёвой обнаружено три метра красной шерсти, недошитую шерстяную юбку и недошитый жакет (шевиот). Ткань опознали работники детского дома. Всего украдено: 124 метра шевиота, 74,8 метров шерсти, 21,37 м вискозы, шесть рубах, 9 пар брюк, 9 пар ботинок, 2 пары туфлей. Общая сумма убытков – 310 тысяч 20 карбованцев. Участвовали в воровстве восемь человек. Четверо признали себя виновными, остальные – частично, а Ковалёва – совсем нет. «Все знали, что идёт война, в детских домах живут дети, родители которых воюют на фронте, защищая Отечество, а матерей нет. Вместо того, чтобы помочь государству в воспитании этих детей, пошли на преступление не только против детей, а и против государства», — написано в судебных материалах.
Матрёна и Яков Сячины и Иван Щеглов, чтобы не быть уличёнными, подговорили двух подростков, чтобы те украли из кладовой детского дома ценности. Ключ дала Сячина. Воры украли 2 тюка мануфактуры, несколько пар нижнего белья. Другие члены группы взяли два тюка мануфактуры, 6 пар детских ботинок, 2 пары туфель. Все краденое сносили на квартиру Варвары Падун. Из краденого Щеглов забрал себе брюки, Сячина – две пары брюк для мужа, остальное спрятали под пол, сорвав доски. Половину краденого продали на рынке в Косовке. Из вырученных денег Матрёна Сячина дала 1000 рублей Щеглову, 430 – Ивану Чубенко, а остальное потратила на себя. 120 метров мануфактуры, 6 пар детских ботинок, чёрное пальто и 2 пары туфель Варвара Падун продала в Днепропетровске. Чтобы скрыть следы, часть мануфактуры Щеглов отнёс на квартиру Анны Ковалёвой в Александрии, и она охотно приняла, хотя Щеглов и сказал, что это краденое.
Каждый из участников и соучастников преступления ответил по всей строгости Закона. По статье 170 УК Александрийским судом 24 июля 1945 года все осуждены кто на 10, кто на 8, а некая Мария Гончаренко, о вине которой в материалах ничего не сказано (возможно, дело сохранилось не в полном объеме) – на 6 лет пребывания в далёких лагерях с дальнейшим ограничением в правах на 5 лет.
Дело № 399: во всём виноват подчинённый
По статье 97 УК за злоупотребление служебным положением осуждены Никифор Комнатный, (1893 г.р.) и Устин Костенко (1891 г.р.). Комнатный – директор райпромкомбината в Александрии – допустил перерасход средств по зарплате на 22 тысячи 785 рублей, сам назначал слишком большие ставки и закупал горючее на рынке по спекулятивным ценам. Большие суммы денег выдавал проверенным лицам, которые не отчитывались за предварительно взятые суммы.
Вероятно, по указанию директора, Устин Костенко потратил 55 тысяч рублей на хозтовары, сообщили в бухгалтерии комбината. Никифор Комнатный осужден по статье 97 УК УССР– ему назначили наказание в виде лишения свободы в местах общего пребывание на 2 года без ограничения в правах. Костенко осужден по той же статье на 3 года. Солидарно с них взыскано 300 рублей… То есть, директор, список обвинений которого намного длиннее, получил меньший срок, чем его подчинённый, действовавший по его указанию. Тенденция старая, но живучая.
Дело №377: комсомольцы-домушники
24 ноября 1945 года в Александрии судили группу молодых людей, среди которых две девушки – 19 и 20 лет, а также комсомолец – за то, что занимались разбоем, взламывали двери квартир и забирали вещи.
Вот лишь один эпизод их «подвигов»: Владимир Кудря и Евгений Евсеев пошли на рынок купить еды, и там встретили Владимира Арефьева. Евсеев достал 0,5 л, выпили и решили ночью кого-то ограбить. Евсеев предложил его соседку – мол, она получает посылки. Так и сделали. Евсеев постучал – соседка не открыла. Тогда он выбил дверь, стал бить соседку, чтобы не узнала его, наставил на неё пистолет. Вещи выкидывал из квартиры и связывал в коридоре. Потом компания пошла за город. Евсеев пропал, а Кудря продал вещи. Кудрю и Арефьева задержали сотрудники НКВД. Кудря свою вину признал, а Арефьев сказал, что был пьян. О Евсееве в деле ничего не сказано, видимо, его не нашли. Остальные эпизоды, очевидно, утеряны во времени, а в деле сказано, что члены преступной группы осуждены по ст. 174 УК УССР.
Дело №379: чудеса Чудовского
2 ноября 1945 года 17-летний Виктор Чудовский, работник Байдаковского карьера, внезапно осмелел. То ли накипело у человека, то ли почувствовал приближение праздника – годовщины октябрьской революции. В рабочее время парень напился водки, ходил по карьеру и ругал всех нецензурными словами. Потом взял топор и намеревался ударить начальника охраны. Топор у него выбили. Но чудить Виктор не перестал – ворвался в контору Байдаковского карьера, где проходило заседание рабочего комитета, и там тоже кричал матом. Директору карьера, кроме ругательств, достался еще и удар в лицо. Виновным Чудовский себя не признал – мол, был пьян и ничего не помню.
26 ноября 1945 года Александрийский суд осудил Чудовского за хулиганство по ч.2 ст. 70 УК УССР. Он получил срок 5 лет в дальних лагерях без ограничения в правах, «потому что молодой».
Дело № 314: пьяные «подвиги»
Четверо 20-летних парней – Николай Найденко, Алексей Захаров, Иван Перевозняк и Пётр Бец осуждены Александрийским судом по ч.2 ст.70 УК УССР за хулиганство. Третьего сентября они пришли пьяными в колхозную контору и пристали к председателю колхоза, чтобы дал денег на водку. Председатель денег не дал, за что получил от Найденко. Выплеснув злость на «жадного» начальника, парень убежал, а за ним и его дружки. Компания на время спряталась, но не успокоилась. Спустя время все четверо пошли на колхозную конюшню, запрягли коней, сели на подводу и поехали на квартиру к охраннику колхоза. Его выволокли во двор и тоже избили. Все получили по 5 лет лагерей по ч.2 ст. 70 УК УССР.
По материалам из архива Александрийского горрайонного суда.
Фото условные
Читайте также: Восемь дел 1944-го — Zametka — Новости Александрии
